Перейти к публикации
Шинелька

Подполье ОУН в Днепродзержинске и агентурное дело "Соборники"

Оцените эту тему

Рекомендованные сообщения

papka_sekretno.jpg

http://sobitie.com.ua/istoriya-dneprodzerzhinska/podpole-oun-v-dneprodzerzhinske-i-agenturnoe-delo-soborniki

26/11/2014 - 13:48

Подполье ОУН в Днепродзержинске и агентурное дело «Соборники»

По последние дни декабря 1943 года секретарь подпольного горкома ВКП(б) Казимир Ляудис писал в своем отчете, что в оккупированном Днепродзержинске действовала подпольная организация украинских националистов, насчитывающая 20 человек.

Но сотрудники НКВД, проводившие аресты в освобожденном городе, доказали, что он ошибался – оуновское подполье было намного больше, чем организация, возглавляемая Ляудисом. По странному стечению дата отчета совпала с датой первого приговора военного трибунала войск НКВД, осудившего 23-летнюю Елену Цилину, повара заводской столовой, к 15 годам каторжных работ за принадлежность к ОУН.

Подпольщик Грушевский, он же атаман Груша

В воспоминаниях бойца истребительного батальона, а затем и участника подполья Ивана Трикило, которые он написал в 1947 году, есть один эпизод, который вызывал и вызывает много споров. Описан разговор Николая Захарова и его жены в присутствии автора об Анатолии Грушевском, руководителе штаба партизанских групп, и его связи с подпольем ОУН. Судя по тому, что упоминается «атаман Груша», Анатолий был там не на рядовых ролях. Сам же Трикило в этих воспоминаниях приводит еще несколько доводов в пользу того, что Захаров, будучи одним из руководителей городского коммунистического подполья, «неразборчив в связях». Мол, потом разберемся, а сейчас главное - бить немцев. Мало того, он говорит о том, что Захаров якобы поддерживал связь даже с немецкими антифашистами!

Участницы комсомольского подполья Ванда Воловская (Запорожец), Лидия и Надежда Лукьяновы категорически отрицали то, что лейтенант РККА, комсомолец Грушевский мог быть как-то связан с националистами. Но он был связан хотя бы тем, что был сотрудником городской управы и состоял в товарищеских отношениях с бургомистром Алексеем Самойленко! Менее категоричным был заместитель Грушевского Иван Матына, объяснявший связь с националистами тем, что «людей, способных взять в руки оружие в тылу врага, а тем более в подполье, не так и много». Подтверждением того, что во время оккупации партийная принадлежность играла не столь значительную роль, является и тот факт, что женой Василия Кука, руководителя УПА-Восток, стала секретарь комитета комсомола Днепропетровского университета Ульяна Крюченко.

И наконец, даже секретарь подпольного горкома Казимир Ляудис в своем отчете упоминает о том комсомолец Григорий. Хистный состоял в националистическом подполье и через него он получал печатные материалы и литературу, поступающую бандеровцам.

Из секретных донесений СД и НКВД

В свое время активно внедрялось в сознание, что раз «бандеровец», то обязательно поддерживал оккупантов. В то же время мало кто знал, что в ОУН было не меньше течений, чем в той же РСДРП, расколовшейся на большевиков и меньшевиков.

(из Протокола допроса Кутковца Ивана Тихонович. 1 февраля 1944 г.)

В 1940 г. в краевом проводе ОУН произошел раскол. Образовались две группы: «бандеровцы» и «мельниковцы».

Раскол произошел на основе того, что БАНДЕРА считал себя, как имеющего «большие заслуги» перед украинским народом, стремился лично возглавить руководство краевым проводом ОУН.

Причиной к этому расколу были следующие обстоятельства:

В период польско-германской войны «бандеровцы», якобы захватили документы польской разведки и установили, что члены провода ОУН СЕНИК, СЦИБОРСКИЙ и БАРАНОВСКИЙ являлись агентами польской разведки и что об этом знал МЕЛЬНИК и не принимал никаких мер.

О разоблачении СЕНИКА, СЦИБОРСКОГО и БАРАНОВСКОГО публиковалось в ОУНовской прессе и на документах стала уже подпись проводника краевого провода ОУН Степана БАНДЕРЫ.

Для того, чтобы оправдать произведенный раскол в проводе ОУН, кроме разоблачения СЕНИКА, СЦИБОРСКОГО и БАРАНОВСКОГО в принадлежности к польской разведке, «бандеровцы» обвиняли «мельниковцев» в прогерманской их политике, говоря о себе, как представителях «украинского народа», которые без помощи немцев борются за «самостоятельную» Украину.

ххх

Нужно отметить, что в расколе провода ОУН немалую роль сыграл «ЯРЫЙ» - ЯРЫГО, уроженец Закарпатской Украины, офицер гестапо.

«ЯРЫЙ» - ЯРЫГО вошел в состав «бандеровского» краевого провода ОУН и намечался в будущем правительстве «самостийной» Украины министром иностранных дел и финансов.

Характерно, что после происшедшего раскола при встречах «бандеровцы» приветствовали друг друга так: один поднимал вверх правую руку и говорил – «Слава Украине», второй отвечал: «Героям слава».

«Мельниковцы» приветствовали один другого так: один из них также поднимая вверх правую руку говорил: «Слава Украине», второй отвечал: «Вождеви слава».

«Бандеровцы» создали себе новый тризуб, отличительные нагрудные знаки». ЦА ФСБ России, ф. 4, оп. 3, д.818, л. 177-186

Как раз «бандеровцев» гитлеровцы не жаловали. Так, например, в сообщении начальника полиции безопасности и СД от 18 сентября 1942 года значится: «наиболее выраженной у группы Бандеры является враждебность по отношению к немцам. Уже много раз они говорили о необходимости вышвырнуть немцев из страны… Установлено, что к нелегальным группам движения сопротивления принадлежат не только члены группы Бандеры, но и коммунистические функционеры, скрытно работавшие в объединении «Просвіта» … В середине августа в Каменском был перехвачен пропагандистский материал, за которым стоит, предположительно, группа Бандеры. До сих пор проведено 3 ареста. Среди арестованных директор театра (Федор Гладков - авт.)» (РГВА. Ф. 500 к. Оп. 1. Д. 776).

5 декабря 1942 года начальник 4-го Управления НКВД СССР Судоплатов сообщает заместителю начальника 3-го Управления НКВД СССР Илюшину: «В мае 1942 года верховным комиссаром Украины КОХОМ декларативно было объявлено, что вся правобережная Украина является восточной областью Германии и впредь должна именоваться «Малой Германией».

Чтобы успокоить украинских националистов, немцы поспешили разъяснить, что это мероприятие временное, до окончания войны, и что после войны будет создано украинское государство под протекторатом Германии… К этому периоду относится ряд имевших место эксцессов, явившихся результатом недовольства националистов политикой немцев на Украине.

Так, например, в с. Соленое того же района Днепропетровской области в мае с. г. украинскими националистами был вывешен на здании районной управы петлюровский желто-голубой флаг. На сходе они выступили с речами, в которых подчеркивали необходимость создания «самостоятельного украинского государства». За это немцы вскоре же повесили старосту, начальника полиции, его заместителей, председателя колхоза и уполномоченного колхоза. Трупы их висели для устрашения остальных в течение 8 дней… Рассматривая бывших красных партизан и коммунистов как реальную силу, могущую в нынешней обстановке повести за собой массы украинцев, враждебных немцам, укаписты и петлюровцы пытаются установить с ними контакт для совместных действий против немцев» (ЦА ФСБ России. ф. 100, оп. 11, д. 7, л. 60-66).

из сообщения начальника 4 Управления НКВД СССР Судоплатова заместителю начальника 3 управления НКВД СССР Илюшину.

5 декабря 1942 г. № 7/с/97)

«В мае 1942 года верховным комиссаром Украины КОХОМ декларативно было объявлено, что вся правобережная Украина является восточной областью Германии и впредь должна именоваться «Малой Германией».

Чтобы успокоить украинских националистов, немцы поспешили разъяснить, что это мероприятие временное – до окончания войны и что после войны будет создано украинское государство под протекторатом Германии.

В связи с этим при верховном комиссаре Украины КОХЕ, якобы, создана «украинская рада», в которую вошли украинские националисты, готовые до конца служить своим немецким хозяевам.

К этому периоду относится ряд имевших место эксцессов, явившихся результатом недовольства националистов политикой немцев на Украине.

Так, например, в с.Соленом, того же района, Днепропетровской области, в мае с.г. украинскими националистами был вывешен на здании районной управы петлюровский желто-голубой флаг. На сходе они выступили с речами, в которых подчеркивали необходимость создания «самостоятельного украинского государства». За это немцы вскоре же повесили старосту, начальника полиции, его заместителей, председателя колхоза и уполномоченного колхоза. Трупы их висели для устрашения остальных в течение 8 дней.

В Петропавловске, того же района, в зерносовхозе и в некоторых других селах, в июне месяце сего года на сходах выступили украинские националисты, которые призывали крестьян не давать немцам скот, хлеб и фураж.

За это немцы расстреляли и повесили в Петропавловске 15 человек – старосту, начальника полиции, всех полицейских, директора зерносовхоза и его жену, агронома и 3-х бригадиров.

Откровенное объявление немцами украинской земли «Малой Германией», расстрелы, виселицы и другие репрессии толкнули отдельные прослойки украинских националистов к мысли об организации борьбы с немцами.

Рассматривая бывш. красных партизан и коммунистов, как реальную силу, могущую в нынешней обстановке повести за собой массы украинцев, враждебных немцам, б.укаписты и петлюровцы пытаются установить с ними контакт для совместных действий против немцев.

В апреле-мае с.г. городской голова г. Амурнижнепетровска ЧЕРНЕТА-КАЛЕНИК и областной судья МАНЖЕЛЕЙ Ф.И. приезжали в с.Подгороднее, Днепропетровской области, к бывш. крупному партизанскому деятелю в 1918г. – КУЛЕБА-ЗАРИАКУ Порфирию и предлагали ему совместно работать против немцев. КУЛЕБА их предложение не принял. 12 мая с.г. КУЛЕБА был убит на улице села Подгороднее.

В мае с.г.ЧЕРНЕТА-КАЛЕНИК разыскал проживающего в селе Дневка Днепропетровского района ДУБА Никифора, бывшего в 1918 г. командиром партизанского отряда и повел с ним переговоры о совместных действиях против немцев.

Опасаясь провокации со стороны ЧЕРНЕТА-КАЛЕНИКА, ДУБ предложение его категорически отверг, а сам скрылся из села Дневка в с.Сухачевку.

В последних числах мая с.г. ЧЕРНЕТА-КАЛЕНИК и МАНЖЕЛЕЙ прислали с нарочным бывш. партизану ЗАВИЗНОМУ 2 письма, в которых намекали на желательность совместной работы и предлагали устроить его на хорошую должность. На эти письма ЗАВИЗНОЙ не ответил.

И руководители партизанского движения и рядовые советские патриоты на Украине рассматривают б.укапистов и петлюровцев, как предателей своего народа и на соглашение с ними не идут». ЦА ФСБ России. ф. 100, оп.11, д.7, л. 60-66

О том, что попытки установления контактов были взаимными, находим подтверждение в воспоминаниях того же подпольщика Ивана Трикило. Но в Каменском-Днепродзержинске, где начальником вспомогательной полиции был националист Леонид Корниенко, это обернулось массовыми арестами коммунистов. Возможно, таким образом он решил для себя полученный приказ «все активисты бандеровского движения должны немедленно арестовываться и после тщательного допроса ликвидироваться под видом грабителей». Это цитируется не где-нибудь, а в Акте Государственной Чрезвычайной комиссии по расследованию злодеяний фашистов на оккупированных территориях.

Корниенко ввел официальным приветсвием среди подчиненных «Слава Украине! Героям слава!» и негодовал, что ему приказано его же руками уничтожить националистов. Пока так и не установлена роль этого полицая в арестах некоторых активных деятелей националистического движения в городе.

Карнауховка и Тритузное не входили в состав Каменского, будучи селами. Известно, что несколько месяцев провел в тюрьме Владимир Крамаренко (псевдо Анатолий Буряк), руководитель группы в Тритузном, арестованный по подозрению в покушении на одного из карнауховских полицаев, который был тяжело ранен. Возможно, что он не был отправлен в концлагерь и был отпущен благодаря тому, что с местной полицией можно было «договориться» даже за продукты, не говоря уже о золотом портсигаре, благодаря которому тому же Ивану Матыне смертный приговор был заменен на каторжный срок. Готовился побег и Анатолию Грушевскому, но он сам отказался, так как этим ставил под угрозу ареста своих близких. Узнав об аресте товарищей, Иван Матына «сдался» полиции, так как тоже опасался ареста семьи (практика заложников в городе была распространенной).

От «Просвиты» до УПА

Как вспоминают сами руководители подполья ОУН на Днепропетровщине, вначале формировались группы, которые были нацелены на поднятие национального самосознания в крае. Прибывшие походные группы ОУН с Галичины столкнулись с тем, что лозунг «Украина для украинцев» в многонациональной среде южных областей не воспринимался. Один изруководителей группы, Василь Регей, писал: «Дніпропетровськ був дуже зросійщеним. В розмові з людьми, з якими ми хотіли зав'язати елементарний контакт, нелегко було довести, що ми українці. Нашу мову вони вважали польською, нас вважали перевдягненими німцями, що погано навчились розмовляти по-українському. Нам було прикро й смішно чути це. ...Довелося уточнювати, що ми не проти росіян чи російського народу, а проти російсько-більшовицької імперії, проти комуністів та режиму… Мусив себе розконспірувати в розмові з головою міської управи (Дніпропетровської - авт.) Соколовим, розповісти йому про своє завдання як представника Державного Правління. Однак я йому не вірив. Крім того, його російська мова мене пригнічувала і викликала недовіру до нього. Я був переконаний, що він зайняв цю посаду з доручення большевицького підпілля…» Новый руководитель ОУН-Восток Василий Кук учел этот опыт предшественников. Он решил накапливать силы, создавая организации в населенных пунктах, с тем, чтобы с приближением советских войск поднять вооруженное восстание против советской оккупации провозглашенного в 1941 году украинского государства.

С приближением наступающих войск было принято решение о перебазировании групп ОУН в западные области для участия их в УПА. По воспоминаниям Алексея Самойленко, несколько таких групп выдвинулись из района Днепродзержинска. Одну из них возглавлял Владимир Крамаренко из с. Тритузное. Но по дороге они заподозрили, что в их рядах агент НКВД, и… разбежались. Возможно, хлопцы просто поняли, что, пробираясь без документов, не зная местности, можно быть принятыми теми же полицаями за советских разведчиков или партизан и решили вернуться домой? Но, как утверждают некоторые источники, группа во главе с В. Ропацким все-таки добралась до места базирования одного из отрядов, он воевал там под псевдонимом Мыкола Диброва. Военным трибуналом войск НКВД Киевской области он был приговорен 13 октября 1944 г. к 15 годам каторжных работ как участник ОУН. На тот день ему не исполнилось и 18 лет...

Как был захвачен архив гестапо

25 октября 1943 г. Днепродзержинск был освобожден от немецко-фашистских оккупантов. Вместе с передовыми частями в город вошла оперативно-чекистская группа 134 погранполка войск НКВД 3-го Украинского фронта. В ориентировке Главного управления войск НКВД по охране тыла, датированной 11 января 1944 г., рекомендуется для внедрения на других фронтах опыт по захвату и реализации документов. Оперативная группа, говорится в ориентировке, заблаговременно подготовила и захватила с собой маршрутную агентуру и проводников, знающих город и располагающих связями, своевременно вошла в Днепродзержинск вслед за частями Красной Армии. В результате «группа быстро отыскала адреса полиции и гестапо и удачно осуществила захват документов. В помещении полиции и гестапо были изъяты вербовочные материалы и донесения 40 агентов СД, 36 следственных дел, 23 заявления предателей, списки управ домами и списки членов ВКП(б) и ВЛКСМ на 509 человек… В результате агентурного розыска и проверки проходящих по захваченным документам лиц задержан и разоблачен 41 агент СД, в том числе: 20 агентов по вербовочным материалам, 3 по следственным делам, 5 управдомами и 13 человек по спискам членов ВКП(б). Кроме того, арестовано и разоблачено 23 предателя» (РГВА. Ф. 32880. Оп. 4. Д. 334. Лл.7-8. Подлинник).

Связано ли это с развернувшейся работой по ликвидании ОУНовского подполья, мы не можем узнать из цитируемого документа, но эти два события совпадают по времени. С большой вероятностью чекистами были обнаружены и донесения, касающиеся деятельности националистов. Тем более, что многие из них работали в различных структурах управления.

Охота за «соборниками»

11 января 1944 г. датирована ориентировка НКВД УССР областным управлениям по активизации работы против ОУН на основе данных по делу «Соборники». В ней сообщается: «Отделом по борьбе с бандитизмом УНКВД Днепропетровской области в результате удачной вербовки агента-внутренника и ряда последовательных умело проведенных агентурно-оперативных мероприятий вскрыто и ликвидируется крупное повстанческое подполье ОУН, охватившее своим влиянием значительную территорию области (Днепродзержинский, Криничанский, Перещепинский, Верхнеднепровский, Магдалиновский, Петриковский, Криворожский и другие районы).

При ликвидации организации изъяты: склад оружия (боевые винтовки с патронами, автоматы, ручные гранаты и т. д.); 2 тайника, в которых хранилась в большом количестве специальная литература ОУН (газеты и брошюры подпольного издания); пишущая машинка, на которой печатались националистические листовки, прокламации и воззвания; развернутая политическая программа ОУН; пароль и пропуск для направления добровольцев в повстанческую армию; условный код для переписки, портрет «проводника» ОУН Бандеры и другие документы и предметы, характеризующие методы и размеры подрывной деятельности организации...»

Людмила Глок

Продолжение следует

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

(продолжение)

 

 

..В Днепродзержинске до последнего времени действовали по указаниям городского комитета ОУН три повстанческих группы – на заводе им. Дзержинского, на Азотнотуковом и коксохимическом заводах. Причем при аресте участников одной из этих групп был однаружен и изъят небольшой склад оружия».

Сейчас много копий ломается по поводу воевала ли УПА с немцами или ее действия прежде всего были направлены против Красной Армии. Вот как харакреризует в этой ориентировке ее нарков внутренних дел УССР комиссар госбезопасности Рясной: « УПА, являющаяся вооруженной силой ОУН и оперирующая в Волынских и полесских лесах, насчитывает в своїх рядях несколько десятков тисяч хорошо обученных солдат и офицеров, располагает крупними складами современного оружия.(подч. Авт..) Действуя под. флагом объединения украинских националистов для борьбы за «освобождение Украины», УПА в настоящее время ведет против немцев «малую» партизанскую войну, постоянко беспокоя их своими налетами; истребляет их живую силу и выводит из строя технику, разрушает коммуникации; взрывает воинские эшелоны, склады с боеприпасами…»

Руководителем провода ОУН в Днепродзержинске в этом документе назван Алексей Козленко, работавший при немцах механиком коксохимического завода. Если ОУНовцев приговаривал Военный трибунал войск НКВД Днепропетровской области, то Козленко,а также Павел Мелешко, Иван Кравец, Виктор Литвиненко, Александра Хистная, Григорий Чумак 18 ноября 1944 года Особым совещанием НКВД СССР были обвинены в контрреволюционной деятельности с назначением отбывания 8 лет наказания в ИТЛ. Все они были реабилитированы еще в 1960 году. Федор Огийко и его жена Татьяна тоже  приговорены вместе с ними и  только им из этой группы предъявлено обвинение в членстве  ОУН.

Возможно, разгадка этого кроется в архивно-следственных делах, переданных на хранение в государственный архив Днепропетровской области, но ознайомиться с ними в соответсвии с Законом Украины «О реабилитации жертв политических репрессий» можно только с письменного согласия родственников.

Начальник УНКВД Днепропетровской области, информируя о работе по раскрытию организации ОУН, сообщал вышестоящим инстанциям, что лишь во втором и третьем кварталах 1944 года в Днепродзержинске и районе арестовано 111 членов ОУН. Надо полагать, что их членство в организации было доказано? Благодаря рассекречиванию архивов НКВД-КГБ, сегодня известны 800 фамилий повстанческого подполья области. Из них 49 человек проживали или работали на территории нынешнего Днепродзержинска.

Статистика приговоров националистам

13 раз  в 1944 году Военный трибунал войск НКВД Днепропетровской области зачитывал приговоры по Камянскому проводу ОУН ( по тем делам, которые выявлены в архивах). 14 июля 1944 года были осуждены сразу 10 человек, включая учащуюся школы Марию Яловую, 1927 года рождения, «получившию» 10 лет лагеря. 23-летняя карнауховчанка Варвара Черноморец тогда же была приговорена к 20 годам. На такой же срок был осужден и 20-летний тритузнянин Владимир Крамаренко, руководивший одной из самих активных групп.

Когда вчитываешься в список осужденых в 1944 году, поневоле обращаешь внимание, что за измену Родине давали 5 лет высылки, за сотрудничество с окупантами, например, приговаривали к 5 годам ИТЛ. «Идеологические враги» карались намного строже. Редактор газеты «Кам»янські вісті» был расстрелян. ОУНовцы, не смотря на молодость , допускаемую политическую незрелость, на активное участие в борьбе с оккупантами, карались по всей строгости законов военного времени.

Из 49 известных сейчас членов ОУН пятнадцати на момент вынесения приговора не исполнилось и 20 лет, семнадцать были в возрасте 21- 25 лет. Самому старшему – Якову Даниловичу Ляху, счетоводу ремесленного училища № 14 в 1949 году было уже 57. Получил он 25 лет лагерей, но был реабилитирован в 1954 году.

Связного камянского подполья с областным проводом ОУН Ивана Самаренко осудили в 1947 году на 10 лет. В 1942 году его арестовывало гестапо. А до этого еще в 1928 году он получал 5 лет за контрреволюционную деятельность.

В ориентировке по делу «Соборники» министр внутренних дел Украины Рясной констатирует: «Днепродзержинский окружной и Криничанский районный комитеты ОУН в условиях немецкой оккупации вели активную националистическую пропаганду4 среди украинского населения, усиленно популяризируя идеи создания «самостоятельной Украины», призывали украинцев в этих целях вступать в организацию для проведения борьбы как против немцев, так и против большевиков, агитировали за уклонение от увода в немецкое рабство, за срыв мероприятий немецкого командования и т.д…

Проводя свою националистическую работу под лозунгом «За Украину самостоятельную, без русского коммуно-большевизма и немецкого национал-социализма», организация... в Днепродзержинском и Криничанском районах огромное внимание уделяла идеологической обработке учащейся молодежи, протаскивая националистические концепции на уроках и лекциях в учебных заведениях, где работало значительное число преподавателей из состава участников организации».

В списках осужденных, в подтверждение этого,  директор школы Миколенко Григорий,  учителя Печерица Клавдия, Котярова Анна, Осипов Александр, Евстратенко Анна, Грищак Вера, Ткаченко Галина; ученики школ и техникумов Федоряк Николай, Вакарина Мотрона, Ступак Николай, Ропацкий Владимир, Король Григорий; студенты институтов Крицкая Клавдия, Бутовская Марфа, Мосьпан Алексей, а также завклубом Неклеса Григорий, директор кинотеатра Чорный Григорий.

В Карнауховке, где была активная подпольная группа, услышав об этом, улыбаются: «Да не было у нас никаких националистов. То сейчас такая политика». Но документы свидетельствуют, что по обвинению в контрреволюционной националистической деятельности и в принадлежности к ОУН в Карнауховке и Тритузном были арестованы и осуждены 23 жителя, в том числе учащиеся школ!

Театральное закулисье

Фридрих Горенштейн в своей повести «Попутчики» описывает казусы местной культурной жизни во время оккупации Днепродзержинска.

Немцы благоволили к концертам местных меломанов в госпиталях. Это было поручено местному театру, который возглавлял Федор Гладков. Работа в театре спасала многих от угона в Германию. Участников массовки решено было привлечь к таким концертам. Но вдруг разразился скандал. Оказывается, что  «польская самодеятельность» распевает частушки типа «А пан Сталин и пан Гитлер Польшу полонылы». Какой уважающий себя, пишет Горенштейн, начальник районного НКВД или гестапо потерпит такое у себя под носом! Руководителей ансамбля, они же авторы слов и музыки,  отправили в трудовой лагерь на перевоспитание, а участниц либерально разогнали.

В этой же повести дается и трактовка причин запрета немецкой администрацией спектакля «Марко Отава»  по пьесе Олексы Сеника, работавшего в то время учителем в школе. Пьеса была о коллективизации и голоде 1932-1933 годов. Предварительных просмотров не было, начальство являлось сразу на премьеру. Коллектив театра не горел желанием ставить политический спектакль, довольствуя публику опереттами и украинской сценической классикой. Но на постановке настоял бургомистр. В том числе якобы и чтобы загладить неприятности с польской самодеятельностью. Но получилось так, что публика в зале вдруг увидела в истории Марка Отавы свою современную трагедию – эшелоны, вывозящие людей на чужбину. А в носатых комиссарах, загоняющих их в вагоны, - таких же носатых немцев. Монолог Марка на могиле своей любимой в исполнении ведущего актера Леонида Семенова вызывал в зале слезы сочувствия. Кто виноват, вопрошал герой, что тебя постигла такая участь? В общем, как и отмечает в своей монографии о театрах оккупированной Украины Валерий Гайдабура, сценография спектакля свидетельствовала о том, что коллектив театра и главный режиссер не воспринимали «освободительной миссии» Германии.

С приходом советских войск Семенов и Гладков уехали из города, перебравшись в Умань, где и были арестованы по доносу коллег, знавших об их работе в оккупированном Днепродзержинске. 2 июня 1945 года они были обвинены в антисоветской агитации. Федора Гладкова приговорили к 10 годам ИТЛ, а Леонида Семенова – к 7. Как сложилась судьба актера неизвестно, реабилитирован от был только в 1992 году. А Федор Гладков был режиссером лагерного театра в  Норильске. В 1951 году, хоть и без упоминания в титрах, снялся в кинофильме «Тарас Шевченко». Реабилитирован в 1960 году за отсутствием состава преступления. Работал в Днепропетровском и Сумском театрах, снялся в 15 кинофильмах. Умер в 1973 году в Киеве.

Послесловие

«Зимой 1942-1943 гг. в связи с приближением фронта к местам сосредоточения подполья ОУН на Днепропетровщине Криничанский районный комитет ОУН, - говорится в ориентировке по делу «Соборники»  - получил от центрального комитета этой организации через некоего «Зинько» (установочные данные неизвестны) следующую директиву: «Не унывать. Если придут красные – в их армию нужно идти. Везде необходимо проводить националистическую пропаганду, особенно в рядах Красной Армии и среди населения, используя красноармейскую шинель». Сколько ОУНовцев выполнило это указание, неизвестно. СМЕРШ на фронте не дремал, отправляя в штрафрые роты за антисовесткую агитацию «пачками». Но кто знает как связан в подпольем Карнауховских хуторов ( за участие в ОУН здесь осуждены пятеро) уроженец этого села красноармеец 233 стрелкового полка  Филипп Неклеса, осужденный за антисоветскую агитацию в апреле 1945 года?

Понимая что ему грозит за антисоветскую пьесу «Марко Отава» Олекса Сеник уехал в Бразилию, где написал  одноименной рассказ и стал  известен в украинской диаспоре как баснописец. В конце  50-х умер в американском городе Сиракузы. Вряд ли он знал, что 10 октября 1958 года Постановлением Президиума Верховного Суда УССР был отменен приговор, вынесенный ему еще 19 июля 1935 года, по которому он отсидел три года, а дело это закрыто в связи с недоказанностью состава преступления. Городской голова Камянского Алексей Самойленко тоже оказался в эмиграции, став одним из организаторов молодежного националистического движения диаспоры.

Последние, известные нам приговоры ОУНовцам города, были вынесены в 1949 году. «Разработке оуновского подполья уделять самое серьезное внимание, переключив на нее наиболее квалифицированную и проверенную агентуру… Для обеспечения качественного разворота следствия по ликвидируемым агентурным материалам  на повстанческие формирования ОУН привлекать к участию в допросах арестованных наиболее опытные квалифицированные кадры следователей», - требовалось в ориентировке по делу «Соборники».  

 

 Большинство из тех, кто значится в книге «Возвращенные имена», были молоды. Очевидно, что многим удалось вернуться из лагерей. Но мало кто дожил до теперешних времен, когда могли бы рассказать об ОУНовском подполье. Было ли оно на самом деле таким многочисленным или «шились дела для отчетов»? Давали ли они присягу члена ОУН или просто ходили в кружки «Просвиты»? Были ли совместные операции большевистского и националистического подполий? И какие тайны хранит дело Николая Захарова, который был осужден советскими органами на 15 лет, дважды ходатайствовал о реабилитации, но ему было в этом отказано? Разобраться бы с этими вопросами уже «без политики», а ради восстановления  утерянных страниц в истории Днепродзержинска.

Людмила Глок

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Осилил. Очень интересно.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

надеюсь, что в архиве найду подробности и детали

С удивлением узнала, что сестра моей знакомой осуждена была не за религию, как она говорила, а как член ОУН

Знакомая никогда не сознавалась в этом

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Присоединяйтесь к обсуждению

Вы можете опубликовать сообщение сейчас, а зарегистрироваться позже. Если у вас есть аккаунт, войдите в него для написания от своего имени.

Гость
Ответить в тему...

×   Вставлено в виде отформатированного текста.   Восстановить форматирование

  Разрешено не более 75 эмодзи.

×   Ваша ссылка была автоматически встроена.   Отобразить как ссылку

×   Ваш предыдущий контент был восстановлен.   Очистить редактор

×   Вы не можете вставить изображения напрямую. Загрузите или вставьте изображения по ссылке.

Загрузка...

  • Сейчас на странице   0 пользователей

    Нет пользователей, просматривающих эту страницу.

×
×
  • Создать...